Реальная жизнь

Людмила Райкова. Глава 20. Не верь, надейся, не проси. Основывайся только на том, что можешь обеспечить себе сам. Маня целый час слушала Сатановского в программе «Метаметрика» и превратилась в «лужу пессимиста». Она расползлась по планам, мечтам и надеждам заклеив всё, через что могла просочиться помощь. В манере голоса ослика, задающего вопрос «что у нас плохого», Евгений Янович представил тревожный прогноз развития событий и перспективы глобальной войны. Говорит с болью о потере империи. Сетует на мягкость президента, который не убирает от власти откровенных предателей. Задаёт вопрос: почему в период военных действий отечественные финансисты осуществляют вывод капиталов в западные страны? Красные линии, обозначенные в противостоянии, называет коричневыми. А в существовании ядерного щита отечества, откровенно сомневается… Угораздило же начать утро с Сатановского. Лучше бы включила радио с Соловьевым лайф и слушала бы, как мы всех побеждаем на Украине. Глеб вчера ролик смотрел, в котор

Людмила Райкова. Глава 19. Она заблудилась. Пошла причесаться новым методом. Чтобы волосы на висках не падали вниз, щекоча шею, а легли аккуратными прядями к макушке. По-разному пробовала, но пучок через пару часов сползал, волосы из него выбивались, являя миру перекошенную голову. Теперь она придумала тонкие косички из прядей волос у виска и за ушами. Третью сделает на затылке, а только потом соберёт всё в пучок на макушке. Вот и плетёт их перед зеркалом. Дело хлопотное, особенно без привычки, нужны две руки. Положила расчёску на край рамы, а она раз, и провалилась на пол упала, только, с другой стороны. Делать нечего, придётся вытаскивать. Маня с места не достаёт, перешагивает раму, поднимает расчёску, поворачивается чтобы вернуться – а зеркала нет. Стена с белыми обоями под покраску. Вдалеке дверь с окном под самым потолком. Крутится на месте, чтобы понять, и видит зеркало в резной раме за спиной. Идёт к нему, доплетает вторую косичку тянется за расчёской, та падает. Маня опять шага

Людмила Райкова. Глава 18. Мане повезло. Обычно она не лезет со своими вопросами к соседям по даче. Так поздоровается, спросит, как урожай. А тут оказалось нет воды. Прошла по трубам проверила краны́. Нет! За всё лето первый раз. Пошла спросить у соседки на что ориентироваться. А та похлопала ладошкой по пню, сама уселась на соседний и давай костерить ответственного за воду. Мол собрал весной деньги на сезон, а сейчас новый счёт предъявляет. Говорит перерасход. Счета выставил смешные – 600 рублей за возможность поливать всё подряд с середины апреля до сентября, Мане кажется совсем мало. А когда бассейн залили, даже спрашивала – надо ли доплачивать. Соседка на бассейн рукой машет. Он де занимает определённую площадь, значит на ней и вокруг ничего не посажено. Налила воду один раз за всё лето и всё. Это мол вы с Глебом недавно здесь, а у неё дача почитай тридцать лет, вот когда Новиков занимался… Фамилия аж подбросила Маню на пеньке. Соседка Люба продолжает живописа́ть подробности, как н

Людмила Райкова. Глава 17. - А львы на Неве, к ним как от нашего дома идти? Маня зависает. Каких львов имеет в виду старший внук? - Фотка есть, я у деда на шее сижу, в капюшоне. На другом берегу тюрьма, там теперь музей. А мы на этом. Прямо у воды, вверх ступени и там львы. Точно, Тома годик с небольшим. Это когда Гека ждали, его и привезли в Питер. Они вдвоём всё лето на даче тусовались. А осенью переехали в город. В конце сентября 2001-го года. Геку полтора месяца… А теперь растянулся на лежанке под яблоней, ноги не помещаются. Завтра юбилей – 25-ть. Маня объясняет, от нашего дома туда теперь ехать надо. Квартиру на Набережной Робеспьера пришлось поменять на квартиру в Петроградском районе. Теперь из окон Неву не видно, зато ночами, когда Литейный мост разводят, не слышно шумов судоходства. А львы вовсе и не львы, сфинксы. Новодел. Там ещё памятник всем репрессированным рядом. Поставили аккурат напротив нового навороченного дома. Где богатые первой волны себе апартаменты покупали. Ди

Людмила Райкова. Глава 16. Про ждать и догонять знают все. А если к этим двум томительным задачам прибавить ещё одну под названием – гадать, то вообще изведёшься. Маня и изводится у окна в день пика активности общения. Жили себе потихонечку на больничном, с одним строгим обязательством – вовремя посетить доктора. А Маню чёрт дёрнул, сидят у кабинета Лёвочки-хирурга, слушают как за дверью пациент от боли вопит, радуются – Лев Николаевич снова оперирует. Сейчас, наверное, нарыв у бедолаги вскрывает. И она, Маня, причастна к возврату к практике «милого Лёвочки», который ещё свекровь лечил и Глебу в детстве на палец гипс накладывал. То есть местный хирург со стажем, о котором только и остаётся сказать: столько в профессии не живут. Здесь в ма́линском заповеднике ещё как живут. В сельскую поликлинику, хоть и отремонтированную, работать мало кто согласится поехать. Никаких коммерческих перспектив. А Лёва — свой, местный: институт закончил, взял распределение домой. Давно на пенсии, а приём в

Людмила Райкова. Глава 15. Ушла в себя и забыла вернуться. Под давлением новой информации Маня провела весь остаток дня и следующее утро. Теперь есть всё. Фамилия обвинительницы - Новикова, номер дома, в котором живёт её хворый папенька –одиннадцатый. Можно конечно занять пост и отслеживать всех, кто туда приезжает или приходит. Но это глупо. Рыжая живет в Москве, оплачивает отцу сиделку и раз в две недели приезжает навестить родителя. Не обязательно по выходным. Приезжает с ночёвкой. Маня радуется, что ни какая ни будь залётная дамочка, а гарнизонная девчонка. Вчера, решив не останавливаться на достигнутом, Маня поднялась к Але с огурцами и новостью. Сообщила ей о встрече на пересечении двух тропинок с Верой. Для Али это приятельница, для Мани образцовая дачница. Но мимо её сада Маня давно не ходит, и в памяти, её до сих пор практически английские газоны, аккуратно разбитые грядки. Голубая беседка и сама Вера в чистом фартуке и с улыбкой. А тут пересеклись. Здравствуйте! - Здравствуйт

Людмила Райкова. Глава 14. Жизнь любого человека следует рассматривать, как каплю в которой отражается абсолютно всё. История его предков, как минимум в трех поколениях, условия в которых он провел детство, взрослел. Обстановка вокруг. Одноклассница Глеба Ольга живет в совхозе, в котором когда-то была большая ферма с сотней коров, где и работали её родители. Мане казалось, что посёлок — это ряд двухэтажных домов, унылых кирпичных домов, да ещё пару десятков частных. В первые месяцы, когда они поселились в своём городке и изучали окрестности, заезжали и в совхоз на остатки фермы. Там искали для творога натуральное молоко. Брали раз в неделю по девять литров молока и сметану. По дороге Маня закупала продукты в большом универсаме «Магнит», потом обнаружила магазин, где восполнили недостаток футболок и посуды. Рядом оказалось ателье по ремонту одежды, салон красоты, где можно нарастить ногти, волосы и даже ресницы. Сделать себе брови. Маня тогда удивлялась, какие интересные услуги скрывают

Людмила Райкова. Глава 13. День пасмурный, на градуснике плюс пятнадцать. По сравнению со вчерашними полюс + 27°C, холод собачий. У Мани всё не по-людски. При + 27°C она высаживает в новые грядки клубничные усы. Из-под панамки струями катится пот. Надо бы заканчивать, поскорее нырнуть в бассейн и перемещаться в тень. А она готовит ямки, втискивает туда очередной ус, с вытянувшимися к свету листочками, которые пробивались в тени, Маня не удосужилась приговоренные к ликвидации грядки даже прополоть как следует. И теперь эти жалкие чахлые кустики призваны освоить новое пространство, углубиться до осени корнями в землю. Чтобы весной и следующим летом радовать их крупными сладкими ягодками. Маня надеется, что эта поросль оценит заботу и будет благодарна за шикарные условия нового места жительства. Под корнями семь телег перегноя, земля вспахана, удобрена. Ей бы с усами разбираться сегодня – не палит, земля после дождя хорошо пролита. Но Мане приспичило справиться с задачей вчера. А может и

Людмила Райкова. Глава 12. Огурцы играют в прятки. Да так мастерски! Только что видела висит такой пузатенький, отвернулась чтобы шланг положить, поворачиваешься исчез. Можно было махнуть рукой, попадётся завтра – всё равно теплицу поливать. Но с утра Маня прочла, что в июле, а сейчас вообще конец, надо не ленится и собирать как минимум раз в два дня всё, что выросло на огуречных кустах, включая несимпатичные закорючки. На улице ливень, из теплицы не выйти. Хорошо, из дома до стихии успела к месту домчаться, да шланг затащить. Самое время выполнить рекомендации. А то ведь как, всё время собираем на ходу, то что на глаза попадется. Ждали-ждали, когда эти огурцы пойдут. У соседей уже отходят, а у нас ни одного. Правда, спасибо этим же соседям, ожидание было обильно скрашено соседскими огурцами. Но всё равно обидно. Но теперь есть и в теплице, из первой серии посадки, и на улице, где вторая серия в высокой грядке колосится и плоды даёт. Странные там огурцы выросли, продолговатые, и такие,