Фактум

В студенческие годы на физфаке нам напоминали: отправить аппарат по баллистической траектории с точки зрения механики куда проще, чем заставить металлическую деталь стабильно работать внутри раскалённого газового потока. Любая наукоёмкая индустрия рано или поздно упирается не в общие чертежи, а в конкретные физические пределы материалов и точность их обработки. За масштабными проектами в сфере безопасности всегда стоит вполне осязаемая производственная база, которую невозможно создать за пару лет. В прикладной науке есть направления, где нельзя срезать угол или быстро перенять чужой опыт. Авиационное газотурбинное двигателестроение относится именно к таким областям. По данным Ростеха, полным циклом разработки и серийного выпуска подобных силовых установок сегодня располагают всего пять государств мира. Причина кроется в экстремальных условиях работы узлов: температура газов перед турбиной превышает точку плавления базовых сплавов, а монокристаллические лопатки испытывают колоссальные

Первая реакция на упавший в воду телефон - зарыть его в сухой рис. Рецепт кажется убедительным, но если протестировать разные способы на одинаковых влажных образцах, привычный народный метод проигрывает обычному движению воздуха. Крупа тормозит испарение и оставляет внутри разъёмов следы, о которых редко задумываются. Когда мы с коллегами обсуждаем подобные бытовые методы, всегда удивляет, насколько стойко держатся исторические заблуждения. Кухонная крупа завоевала репутацию спасительного сорбента еще в середине XX века: фотографы действительно клали сухой рис в герметичные контейнеры с пленкой для защиты от тропической сырости. Однако для сушки современного смартфона этот метод малопригоден. Инженеры компании Gazelle провели наглядный тест с одинаковыми пропитанными водой бытовыми губками и взвесили потерю влаги при разных сценариях. В контейнере с сухим белым рисом губка потеряла всего 4 миллилитра воды за фиксированное время. Аналогичный образец, просто оставленный на столе при есте

Недавно мы с коллегами обсуждали архитектуру одной нейросети. Спор зашел в тупик, когда пришлось вручную пересчитывать градиенты для функции потерь. Потратили полдня. А вечером я наткнулся на новость об олимпиаде по ИИ и поймал себя на мысли: то, над чем мы бьемся в лабораториях, сейчас решают люди, которым завтра на первый урок. Еще лет пять-семь назад обучение нейросети казалось чем-то вроде наукоемкой алхимии. Нужны были гигантские серверные стойки, редкие специалисты и бесконечное терпение. Сейчас это превратилось в понятную, хоть и сложную, инженерную задачу. Новость о том, что российская сборная взяла медали на международной олимпиаде по искусственному интеллекту, зацепила меня не только самим фактом победы. Зацепило то, насколько быстро упал возраст входа в по-настоящему тяжелую разработку. Мы в реальном времени наблюдаем за поколением, для которого машинное обучение — это не пугающий черный ящик, а базовый инструмент, с которым они умеют работать на структурном уровне. Со сторо

12 августа через Гренландию, Исландию и север Испании промчится полоса полной фазы солнечного затмения. На пару минут среди дня наступит глубокий полумрак, опустится температура, а на небе проявится жемчужный ореол солнечной короны. За этим коротким зрелищем стоят строгие законы небесной механики, заставляющие животных укладываться спать посреди дня, а астрономов - гоняться за тенью Луны по всему миру. Совпадение видимых размеров Солнца и Луны на нашем небе - геометрическая случайность. Диаметр Солнца примерно в 400 раз больше диаметра Луны, но оно и находится примерно в 400 раз дальше от Земли. Из-за этого их видимые угловые размеры с поверхности нашей планеты практически одинаковы - около половины градуса. Когда Луна проходит ровно между Землей и Солнцем, она отбрасывает в космос сходящийся конус тени. Длина этого конуса составляет около 375 тысяч километров. Поскольку расстояние до Луны меняется из-за эллиптической формы её орбиты, вершины этого конуса едва-едва хватает, чтобы дотян

Проснуться с заложенным носом, болью в горле и затекшей шеей после ночи с включенным кондиционером - привычный сценарий жаркого лета. Почти каждый из нас попадал в эту ситуацию и винил в недомогании поток холодного воздуха. Но если обратиться к вирусологии, выяснится парадоксальная деталь: сам по себе охлажденный воздух не умеет создавать инфекцию. Что же происходит с телом за восемь часов сна и почему натурный эксперимент в собственном доме так часто заканчивается походом в аптеку? В медицине понятие "простуда" - это почти всегда острая респираторная вирусная инфекция. Чтобы заболеть классическим ОРВИ, в дыхательные пути должен попасть возбудитель: риновирус, аденовирус или коронавирус. Сплит-система представляет собой закрытый контур с фреоном, вентилятором и теплообменником. В нем нет биореактора, генерирующего вирусы из ничего. Поток воздуха просто перемещает молекулы азота, кислорода и аргона по комнате. Если в воздухе помещения нет патогена, даже самый суровый ледяной сквозняк не

Недавно коллега в лаборатории рассказал странную историю. Его младшему брату предложили гениальную подработку: нужно просто сходить в банк, открыть на своё имя пару дебетовых карт и отдать пластик курьеру. Платили сразу, наличными. Брат был в восторге от «пассивного дохода», пока коллега не объяснил ему механику этого бизнеса. Предложения о такой работе сыплются в мессенджерах, пабликах с вакансиями и даже в игровых чатах. Схема всегда маскируется под что-то безобидное. Подросткам или студентам обещают деньги за элементарные действия: сфотографировать какие-то объекты, проследить за машиной или, что бывает чаще всего, предоставить свои банковские реквизиты. Иногда просят оформить новую карту и передать логин с паролем от банковского приложения. Иногда - просто принять на свой счёт энную сумму и тут же перевести её дальше. Звучит привлекательно. Никаких физических усилий, рубли появляются буквально из воздуха за пару кликов. Человек искренне верит, что нашёл лазейку в системе. Проблема

Помню свою первую студенческую конференцию. Я с гордостью рассказывал про математическую модель теплообмена, пока кто-то с заднего ряда не спросил: "А вы учитывали, что датчик сам нагревается от тока?". В этот момент моя идеальная теория посыпалась. Переход от бумаги к реальному "железу" - это всегда столкновение с хаосом. Тем интереснее смотреть, как с этим справляются те, кто только начинает путь в науке. В конце июля в Пекине прошла Международная выставка юных изобретателей IEYI. Российская команда забрала оттуда золото, два серебра, пять бронзовых наград и специальный приз. Но суть здесь не в самом количестве металла, а в специфике задач. Обычно на школьных конкурсах показывают макеты из картона или простые программные интерфейсы. Здесь же проекты решали жесткие физические противоречия. Взять хотя бы систему подводной навигации без GPS. Под водой радиоволны от спутников затухают буквально на первых метрах. Приходится использовать акустику, но звук отражается от дна и поверхности, с

Стоя на платформе, почти каждый хотя бы раз смотрел вниз, на рельсы, и представлял худший сценарий. Кажется, что в подземке всё зависит только от скорости реакции машиниста и чистой случайности. На деле станция - это жесткая система регламентов и физических барьеров. Но автоматического спасения в ту же секунду, вопреки популярным мифам, здесь не происходит. Когда человек оказывается на путях, запускается алгоритм, в котором нет места долгим раздумьям. Если падение замечает дежурная по камерам или поднимают шум очевидцы, сигнал уходит диспетчеру линии. Но спасает в первую очередь прямая видимость. На прямых станциях машинист может оценить путь заранее. Если впереди препятствие - применяется экстренное торможение. Тормозной путь тяжелого состава на шестидесяти километрах в час составляет десятки метров. При этом на кривых участках обзор сильно падает. Сотрудники станции могут успеть подать ручной сигнал остановки, а вот автоматические системы, которые сами видят человека на путях, есть д

В лаборатории мы часто шутим, что среднестатистический мужчина обращается к врачу только тогда, когда обломок копья в спине начинает мешать спать. В возрасте от 25 до 44 лет кажется, что ресурс прочности организма абсолютно бесконечен. Ничего не болит, пульс ровный, давление в норме. Но именно в этой обманчивой тишине закладывается фундамент процессов, которые ударят через десяток лет. Профилактическая медицина работает именно с этой тишиной — она ищет системные сбои до того, как они станут клиническим диагнозом. Недавно разбирал данные коллег из Института цитологии и генетики СО РАН. Они сделали то, что в науке всегда требует огромного запаса терпения — долго наблюдали. На протяжении десяти лет исследователи собирали и анализировали метрики 528 мужчин. Это солидная выборка, чтобы в деталях увидеть, как внешне здоровый человек постепенно превращается в пациента кардиологического отделения. Задача у них стояла прагматичная: научиться прогнозировать сердечно-сосудистые заболевания не в

Ледокол пробивает трехметровый лед, температура стабильно держится около нуля, хотя на календаре август. Обычно на палубе атомного гиганта стоят взрослые полярники с обветренными лицами, но в этот раз там толпятся школьники. Они сверяют датчики и готовят к запуску оборудование, которое должно улететь на высоту в несколько десятков километров. Четвертого августа из Мурманска вышел атомоход «50 лет Победы». Это седьмая экспедиция «Ледокол знаний», организованная Росатомом. Сначала может показаться, что это просто красивая экскурсия. Собрали отличников, посадили на корабль, показали медведей и привезли обратно. Но маршрутный лист и состав груза говорят о другом. В этот рейс отправились ребята из разных регионов России и еще 22 стран. Их объединили не ради красивых фотографий на фоне торосов, а для вполне конкретной работы. Современная наука давно перестала быть делом одиночек, сидящих в тихих кабинетах. Исследование Арктики сейчас требует быстрой интеграции молодых мозгов в реальные задач