ProTанки

Немного продолжим тему необычных испытаний танков, только на этот раз обойдёмся без стрельбы бронебойными «ломами». В начале 1990-х годов шведским военным представилась почти невероятная возможность подробно изучить одну из наиболее совершенных машин недавно распавшегося Советского Союза — газотурбинный танк Т-80У. Причём изучить не по фотографиям, разведывательным сведениям или приблизительным расчётам, а непосредственно на собственных полигонах. Ситуация получилась почти анекдотической. Ещё недавно Т-80У считался одним из наиболее опасных танков вероятного противника, а теперь две такие машины прибыли в Швецию вместе с русскими инструкторами. Шведские экипажи смогли самостоятельно управлять танками, гонять их по дорогам и пересечённой местности, загонять в грязь, проверять на препятствиях и выяснять, насколько заявленные характеристики соответствуют действительности. Результаты шведских испытаний Т-80У оказались довольно противоречивыми. Днём русский танк буквально летал по полигону,

Когда Т-72 приняли на вооружение в 1973 году, машина действительно выглядела очень серьёзно. Низкий силуэт, автомат заряжания, 125-мм гладкоствольная пушка и комбинированная лобовая броня давали основания полагать, что обычные западные танки со 105-мм орудиями уже находятся на границе своих возможностей. Впрочем, здесь необходимо сразу сделать оговорку: ничего неуязвимого в танкостроении не существует, а броня, созданная против одних боеприпасов, вполне может неожиданно уступить снаряду того же калибра, но совершенно другой конструкции. Именно это и произошло после того, как в Советский Союз попал израильский 105-мм бронебойный подкалиберный снаряд M111 Hetz. На испытаниях выяснилось, что он способен пробить верхнюю лобовую деталь Т-72А — ту самую защиту, которую до этого считали достаточно устойчивой к огню 105-мм танковых пушек. Сама по себе 105-мм пушка L7 и её многочисленные производные к началу 1980-х годов уже не являлись чем-то новым. Первые варианты этого орудия появились ещё

Немного отвлечёмся от танков современных и поговорим о машине, которую в металле построили почти 80 лет назад, но вокруг которой до сих пор ходит столько легенд, что позавидовал бы даже какой-нибудь «Тигр». Речь, конечно, про тяжёлый танк ИС-7, известный также как «Объект 260». Его называют лучшим тяжёлым танком своего времени, приписывают ему практически непробиваемую броню, скорость среднего танка и орудие, способное уничтожить вообще всё, что тогда могло выехать на поле боя. В общем-то, большая часть подобных утверждений появилась не на пустом месте, потому что машина действительно получилась выдающейся, но вот с неуязвимостью всё, как обычно, несколько сложнее. Особенно интересно проверить ИС-7 против, пожалуй, самого опасного противотанкового орудия, которое немцы успели довести до серийного производства, — 128-мм пушки PaK 44. Её различные варианты устанавливались на тяжёлую самоходку «Ягдтигр», а родственная танковая система должна была стать главным оружием сверхтяжёлого «Маус

Обычно танковую защиту проверяют вполне понятными способами: по броне стреляют из пушек, подрывают рядом мины, испытывают воздействие осколков и ударной волны. Однако в 1953 году британские и австралийские военные решили поставить перед тяжёлой бронетехникой задачу совершенно другого масштаба. На полигоне Эму-Филд в австралийской пустыне подготовили настоящий ядерный взрыв, а примерно в четырёхстах метрах от будущего эпицентра установили почти новый британский Centurion. Танк заправили, закрыли, двигатель оставили работающим, после чего все люди покинули опасную зону. Спустя некоторое время рядом с пятидесятитонной машиной взорвалось ядерное устройство мощностью около девяти килотонн. Казалось бы, после такого экспериментаторам оставалось только выяснить, насколько далеко разлетелись обломки танка. Однако именно здесь эта история становится по-настоящему удивительной. Речь шла об испытании Totem 1, проведённом 15 октября 1953 года. Великобритания в тот период активно развивала собстве

В 1944 году встреча с длинноствольной немецкой 88-мм пушкой была для танкиста событием крайне неприятным. Именно орудия семейства PaK 43 и KwK 43 устанавливались на «Королевские тигры», «Ягдпантеры» и некоторые тяжёлые истребители танков, а их бронебойный снаряд покидал ствол со скоростью около 1000 м/с. На фоне большинства танковых пушек Второй мировой характеристики выглядели впечатляюще: даже американская разведка в 1945 году относила PaK 43 к наиболее мощным немецким противотанковым системам и указывала для неё начальную скорость бронебойного снаряда порядка 3280 футов в секунду, то есть практически ровно километра в секунду. Но прошло меньше двух десятилетий. Германия уже давно капитулировала, «Королевские тигры» остались на фотографиях и музейных площадках, а в Югославии возник довольно необычный вопрос: насколько всё ещё опасна эта великолепная для своего времени пушка против совершенно нового поколения танков? Возможность проверить это была почти идеальной. В стране сохранилос

В 12 часов 15 минут 22 июня 1941 года по радио прозвучало обращение Вячеслава Молотова, и миллионы людей в Советском Союзе впервые официально услышали, что Германия напала на страну. Но для танкистов у западной границы война к этому моменту продолжалась уже много часов. Под Брестом горели военные городки, лёгкие Т-26 успели выйти к Бугу и вступить в бой с переправлявшимися немецкими частями, а севернее германские танковые колонны за несколько часов прошли десятки километров по Литве и подошли к Алитусу. Пока большая часть страны ещё не знала о начале войны, русские танкисты уже пытались остановить наступление. Картина первого утра вообще плохо укладывается в привычное представление о Красной армии, застигнутой исключительно в казармах. Удар действительно оказался внезапным и чрезвычайно тяжёлым, однако одновременно отдельные батальоны выходили из-под обстрела, танки двигались к переправам, а советские части уже через несколько часов после начала вторжения переходили в контратаки. Едино

У Т-90М есть 125-мм пушка, двигатель мощностью 1130 лошадиных сил, современная система управления огнём, динамическая защита и масса оборудования, которого не было даже на поздних советских танках. Но американское издание The National Interest несколько лет назад обратило внимание совсем не на пушку или броню. Одним из заметных недостатков российских танков автор Ставрос Атламазоглу назвал их медленный задний ход. По его логике, если машине необходимо срочно выйти из-под огня, у экипажа остаётся неприятный выбор: медленно пятиться либо разворачиваться и подставлять противнику значительно хуже защищённую корму. Звучит почти анекдотично. Современный танк способен разгоняться вперёд примерно до 60 км/ч, а быстро уйти назад с позиции ему гораздо сложнее. В интернете отсюда давно родилась шутка в духе знаменитого «Чапаев никогда не отступает»: мол, советские конструкторы вообще не предусматривали отход, потому что танк должен двигаться только на запад. Шутка хорошая. Только реальная истор

Вечером 8 ноября 1941 года из района Тихвина приходили новости, которые для Ленинграда звучали почти приговором. Немецкие части ворвались в город, русские подразделения отходили на север и восток, управление 4-й армией оказалось нарушено, а последняя железная дорога, по которой грузы через Вологду шли к юго-восточному берегу Ладоги, была перерезана. Ленинград уже находился в блокаде, и теперь противник подобрался к коммуникации, от которой во многом зависело его снабжение. Кирилл Мерецков позднее писал об этом предельно ясно: потеря Тихвина ставила под угрозу последний железнодорожный путь к Ладоге. У немцев были основания считать, что дело почти сделано. В дневнике командующего группой армий «Север» Вильгельма фон Лееба после захвата Тихвина появилась оценка, что нормальная доставка крупных объёмов грузов в Ленинград теперь становится практически невозможной. Сам Гитлер в тот же день публично рассуждал о том, что Ленинград должен умереть от голода. Для русского командования ситуация