Олег Иванов

Столица чингизидского/монгольского (1511—1762) и потом узбекского (1763—1920) Хивинского ханства (1511—1920) или Хорезма Хива (1557—1558 и 1599—1920) во второй половине и в конце XIX в. представляла собою хаотичное скопление приходящих в упадок и разрушающихся глинобитных и кирпичных зданий с узкими и подчас кривыми и извилистыми улочками без правильной планировки, сгрудившихся вокруг цитадели ханского дворца, мечетей с башнями для созывания на молитву (минаретами) и исламских мужских училищ (медресе) при них: Вид на мечеть Полван-Ата в Хиве в 1873 г.: Городская площадь Хивы у минарета Улу-Минар в 1873 г. не имела ровной поверхности и была изрыта ямами и застроена грубыми глинобитными постройками: Ничего особо не поменялось и в конце XIX — начале ХХ вв.: Так же неприглядно выглядела в 1873 г. в Хиве территория у медресе Сеид-Магомет-Рахим-Хана: Вот так в 1873 г. выглядели постройки ханского дворца и башня ханского гарема в Хиве: Для перевозки грузов и людей в Хивинском ханстве использо

В 1646 году, когда Василий Поярков вернулся в Якутск, русские промысловики обнаружили более удобный путь на Амур через приток Лены Олёкму. Григорий Вижевцев, промышлявший на речке Тугир, впадающей в Олёкму, узнал от тунгусов, как добраться коротким путем до владений даурского князя Лавкая (дауры — монголоязычный народ). Однако после неудачного похода Пояркова власти Якутска не предпринимали активных действий для организации новой экспедиции в Приамурье. Об Олёкминском пути стало известно Ерофею Павловичу Хабарову, разбогатевшему выходцу из устюжских крестьян, владевшему пахотными угодьями на верхней Лене. Он добился разрешения на поход у проезжавшего через Илимск нового якутского воеводы Дмитрия Францбекова. Хабаров организовал экспедицию за свой счёт, взяв большую часть средств в долг у воеводы. «В Дауры» вызвалось идти 70 добровольцев, которые называли себя «охотчими казаками». В отличие от служилых людей, они не получали жалованья и рассчитывали только на добычу в походе. В 1649 год

Крестоносцы извратили праздник Руси - https://t.me/v_kulanov/17700

Международные резервы России достигли исторического максимума в $786,9 млрд — похвастался Центробанк. Эта цифра, обновляющая рекорд недельной давности, формально свидетельствует о беспрецедентной макроэкономической устойчивости, достигнутой благодаря жесткой бюджетной политике и адаптации к внешним ограничениям. Нужно всем радоваться и хвалить либералов, которые до сих пор управляют российской денежно-финансовой сферой. Однако за внешним блеском этого показателя возникает тревожный диссонанс: одновременно с накоплением гигантской «финансовой подушки» государство занялось форменными поборами с еще держащихся на плаву отраслей и предприятий. И делает это лишь с одной целью — заткнуть бюджетную прореху именно сейчас. Этот контраст ставит фундаментальный вопрос: готово ли российское государство инвестировать в долгосрочный рост или его политика все больше сводится к выжиманию ресурсов из уже существующей, но стагнирующей экономической модели? Логика формирования резервов в том, что надо и