Андрей Незнанов

Конец 1950-х — начало 1960-х было временем радикальных поисков в мировом танкостроении. Появление мощных кумулятивных боеприпасов и управляемых ракет заставило пересмотреть саму суть танка. США экспериментировали с M551 Sheridan и ракетой Shillelagh, Франция — с AMX-13 SS.11, ФРГ — с Raketenjagdpanzer. Во всём мире танк временно перестал быть «пушкой на гусеницах» и превратился в носитель управляемого оружия. Одним из самых смелых и радикальных ответов советских конструкторов стал «Объект 287», который стал одним из самых футуристичных и тактически спорных проектов в истории отечественной бронетехники. Идея, рождённая в КБ Жозефа Котина на Ленинградском Кировском заводе, была дерзкой: создать средний танк-истребитель, в котором традиционная башня с человеческим экипажем заменялась низкопрофильной автоматизированной боевой платформой. Экипаж из двух человек — механика-водителя и командира-оператора — размещался в глухой броневой «ванне» в передней части корпуса. Их изолировали от боеук

Боевая машина пехоты второго поколения (БМП-2) разработана в качестве модернизация предыдущей модели для устранения выявленных недостатков конструкции. Новая модель предназначалась для повышения мобильности, защищённости и огневой мощи мотострелковых подразделений, борьбы с легкобронированной техникой, живой силой и низколетящими воздушными целями противника, особенно в условиях ядерной войны. Что же там такого поменяли, давайте посмотрим? 70-е годы ХХ века ознаменовались резким скачком в разработках военной техники — на вооружение стран мира поступала новая техника, и исключением из этого СССР становиться не собирался. Уже в 1972 году, спустя всего шесть лет после принятия на вооружение БМП-1, она была признана не подходящей по вооружению. Выяснилось, что орудие 2А28 «Гром» малоэффективно при работе против живой силы противника, рассредоточенной на местности, а против воздушных целей и вовсе оказалась практически бесполезной. Где это выяснено — мне найти не удалось, но подозреваю, чт