Сельский учитель

Пять причин, почему я не променяю маленькую школу на городскую Когда я говорю, где работаю, мне почти всегда сочувствуют. «Маленькая школа? Глушь, детей раз-два и обчёлся – ой, как вы там держитесь?» А я каждый раз ловлю себя на одной мысли: знали бы вы, как я не завидую большим школам. Я много лет учу в маленькой школе. В моём классе девять человек. И я слышал про нас, кажется, всё: и про «отсутствие возможностей», и про «одни и те же лица десять лет подряд», и про то, что настоящая школа – это где параллелей штук пять и спортзал размером с ангар. А ещё у меня есть с чем сравнивать, и сравнение это самое что ни на есть домашнее. Моя дочь учится в городской школе. До десятого класса она сидела в классах по тридцать четыре – тридцать пять человек. Сейчас чуть разгрузили, но в параллельных классах всё равно человек по двадцать восемь – тридцать. Так что обе стороны – и свои девять, и её тридцать – я вижу не по чужим рассказам, а каждый день.

Директор сказал «выручай» — и я стала географом за одно лето В моём дипломе написано «учитель истории». А последние три года я по документам ещё и географ – хотя тектонические плиты, признаюсь честно, так и не полюбила. И нет, это не карьерный рост. Просто однажды в конце августа меня вызвал директор, посмотрел куда-то в сторону окна и сказал: «Слушай, выручай. Географию ставить некому». В нашей школе так и решаются кадровые вопросы – не приказом, а вот этим усталым «выручай», от которого язык не поворачивается отказаться. Откажусь – предмет останется вообще без учителя, а дети без географии. Ну кто на такое пойдёт. И ведь это далеко не первый раз. Пару лет назад я вот так же «временно» подхватила ОБЖ, ещё раньше взяла классное руководство сверх своего. Да у нас в учительской вообще мало кто ведёт строго одно: физрук прихватывает технологию, биолог выручает с химией, а я, стало быть, заделалась географом. Все всё понимают, все сочувственно кивают – и все дружно молчат.

310 баллов — и мимо бюджета: почему высокий ЕГЭ больше не гарантия Выпускник из Оренбурга набрал 310 баллов — и не прошёл на бюджет в МФТИ и Бауманку. А на этом фоне помощник президента Андрей Фурсенко предложил усложнить ЕГЭ, потому что стобалльников стало слишком много. Разберёмся, что происходит с поступлением и почему высокий балл перестал быть гарантией.

"Уволен за купальник" Госдума предложила ввести мораторий на увольнение учителей за посты в соцсетях Учителя в России больше боятся не плохих оценок, а фотографий в Instagram*. В отпуск съездил, фото у моря выложил — и жди жалобу от «бдительного» родителя. Или хуже — директора, которому «не понравилось». Последствия? От выговора до увольнения. Без объяснений, без разбирательств.

Я разрешаю ученикам списывать у нейросети. И вот почему перестал этому мешать Скажу то, за что в учительской на меня смотрят косо: я разрешаю детям пользоваться нейросетью прямо на уроке. Да, той самой, из-за которой все спорят – не разучатся ли школьники вообще думать. И знаете, пришёл я к этому не от хорошей жизни. Я веду информатику, и последние года два у меня на глазах идёт тихая революция. Ещё недавно списать можно было у соседа по парте или из потрёпанного решебника, а теперь у каждого в кармане помощник, который за минуту напишет реферат, решит задачу и объяснит, почему небо голубое. Сначала я, как и половина коллег, встал в глухую оборону. А потом понял, что оборона эта дырявая – и воевал я, кажется, не с тем противником. Чтобы было понятно про масштаб, приведу одну цифру. Как-то раз я от нечего делать прикинул: из двадцати с небольшим работ, сданных одной параллелью, «не своих» – тех, что этот человек так обычно не пишет, – было чуть ли не половина. И это при том, что интернет у нас ловит не в каждом кабинете.

ЕГЭ хотят отменить с 2027 года. Но специалисты почему-то просят не пороть горячку В школьных чатах на этой неделе спорят только об одном – и, кажется, впервые за долгое время всерьёз. Вроде лето, отпуск, все разъехались кто куда, а телефон звенит без остановки: одни радуются так, будто отменили не экзамен, а понедельник; другие хватаются за голову. Речь, конечно, про ЕГЭ. Повод простой: 6 августа депутат Нина Останина внесла в Госдуму законопроект – заменить единый госэкзамен обычной государственной аттестацией, экзаменами по старинке. Если закон примут, он заработает с 1 января 2027 года. А баллы ЕГЭ, полученные раньше, обещают не сжигать – они будут действовать ещё четыре года.

Учительская, которая седеет: кто будет учить детей через 10-15 лет Иногда на педсовете я оглядываю коллег и ловлю себя на странном занятии – считаю седые головы. И сбиваюсь не потому, что их много, а потому, что молодых рядом почти нет. Я сельский учитель, за плечами уже не первый десяток лет у доски. И чем дольше работаю, тем чаще возвращается один и тот же вопрос: кто сядет за эти столы, когда мы уйдём? Мне-то самому ещё работать и работать: до педагогической выслуги осталось два года, а до пенсии – и вовсе семь. А вот кто будет учить не наших детей даже – наших внуков? Давайте попробую ответить честно. Как человек изнутри, а не из телевизора.

Вторая смена по новым правилам: кому теперь можно, а кому нет С сегодняшнего дня в теме второй смены появилась конкретика: 13 августа Минпросвещения выпустило рекомендации, где чётко прописано, кто может учиться во вторую половину дня и до какого времени. Вопрос не праздный — во вторую смену в стране учится примерно каждый седьмой школьник.

Обществознание — только с 9 класса, истории станет больше С 1 сентября российские школы снова начинают год по обновлённой программе – а сядут за парты около 17,5 миллиона детей, из них полтора миллиона первоклассников. Об изменениях рассказал глава Минпросвещения Сергей Кравцов в интервью РИА Новости, и набралось их прилично. Разберём, что меняется на самом деле и кого касается в первую очередь.